Журнал "Человек без границ". Скачать бесплатно

Каталог статей


Поиск по сайту

Поделиться статьей:



Скачать журнал Человек без границ бесплатно:

Скачать журнал Человек без границ бесплатно


Найди своего героя

Студия целостного человека

НОВЫЙ АКРОПОЛЬ




Рассылки
Subscribe.Ru
Самое интересное в культуре и науке








Rambler‘s Top100

Яндекс.Метрика

Статьи

послать ссылку другу  Послать ссылку другу
small text
large text


ИскусствоМузыка

"Не может быть..." Интервью со Светланой Викторовной Виноградовой

Вопросы задавала Юлия Морозова

Светлана Виноградова - кратко о госте

Светлана Викторовна Виноградова
Светлана Викторовна Виноградова

Гость нашего журнала — автор и ведущая циклов музыкальных программ и концертов, Заслуженный деятель искусств России, Лауреат премии Правительства Москвы Светлана Викторовна Виноградова. Человек, который для многих поколений проложил дорогу к классической музыке, познакомил и подружил с миром прекрасного и продолжает это делать сейчас.

Светлана Викторовна, пожалуйста, скажите, кто ваши учителя в музыке, ваши учителя-композиторы?

Это очень трудный вопрос. Ведь под словом «учитель» подразумевается не только тот, кто сообщает сумму сведений, но прежде всего учитель-наставник. Тот, кто помогает тебе выйти на тропу жизни. Ты можешь идти по жизни в темноте, по проселку, в чаще леса или отсиживаться в кустах — у тебя есть возможность выбрать, каким путем ты пойдешь. И если ты нужным образом сложен, экипирован, направлен, то будешь выбирать для себя не торный, а трудный путь, неизвестный другим людям. Будешь стараться, чтобы тебе было труднее.

Свой жизненный путь вы выбирали именно так?

Да. И скажу одну странную вещь (я никогда этого не вспоминала — вы меня заставили это вспомнить) — когда я была маленькая, мама однажды сказала мне: «Почему, когда у тебя все хорошо складывается, ты это ломаешь?» Я не ломаю. Когда меня начинают хвалить и что-то под меня подстраивать, я вдруг пугаюсь, мне вдруг становится и стыдно и страшно. А есть люди, которые устроены совсем наоборот. Есть очень хорошие люди, которым необходимо, чтобы им расчищали дорогу. У каждого бывают такие периоды, когда у тебя что-то получается, и тебя начинают заманивать в ситуацию, где успешно, чтобы ты подкреплял свой успех. Но как определить, в чем истинный успех, это твой успех или успех дела, которому служишь?

И. Е. Репин. Портрет М. П. Мусоргского
И. Е. Репин. Портрет М. П. Мусоргского

Кто для меня стал учителем? Модест Петрович Мусоргский. Он запал мне в душу с детства. Более трудной судьбы, чем у него, я не знаю.

Он был дворянином по рождению, но совсем небогатым, по воспитанию — гвардейским офицером. Он окончил Школу гвардейских подпрапорщиков и должен был служить во дворце, он в совершенстве владел французским, был аристократически воспитанным человеком.

Когда отменили крепостное право (ему было 22 года), он сказал брату: «Отдай крестьянам землю — им не выкупить ее». Тот возразил: «Не могу, у меня семья». Тогда он брату предложил: «Я тебе отдам мое наследство, мою долю. Всё отдам! Только выпусти крестьян без выкупа». И остался без дома, без денег, без наследства. И прожил после этого 20 лет и умер в 42 года. Ночевал — случалось и такое — на лестнице, потому что больше было негде. Умер в военном госпитале, куда положили его как слугу, денщика.

Знаменитый репинский портрет написан там же. На портрете великий Мусоргский в ветхой пижамке с чужого плеча. Мусоргский был первым, у кого я поняла, что такое правда и что у настоящего человека то, что он говорит, не должно разделяться с тем, что он делает.

Мусоргского называли дилетантом, его произведения редактировал его друг — любящий, вернейший — Николай Андреевич Римский-Корсаков. Считалось, что Мусоргский пишет творчески безграмотно, коряво, что музыкальная речь должна быть гладкой. Но когда после премьеры «Бориса Годунова» спросили одну даму о ее впечатлениях, она сказала: «Помилуйте! Чему же нравиться? — Плачешь, смеешься, себя забываешь». Ведь сам Мусоргский говорил так: «Народ хочется сделать. Сплю и вижу его, ем и помышляю о нем, пью, и мерещится мне он один, живой, неподкрашенный и без сусального». Ведь пил он неслучайно. Пил, потому что Россия, потому что бездомный, потому что безденежный, потому что без жены, без семьи, потому что все отдал за эту возможность — писать о своем Народе. Писать Правду.

Дмитрий Дмитриевич Шостакович
Дмитрий Дмитриевич Шостакович

А потом я начала работать, читать лекции, позднее комментировать музыкальные произведения, постепенно все более важной фигурой для меня становился Дмитрий Дмитриевич Шостакович. Я уже работала пятнадцать лет, но не могла рассказывать о Шостаковиче. Почему? Стыдно было: недостойна. Ждала, когда, наконец, приблизят меня знания и опыт, когда, наконец, его пойму...

А как к вам приходит это понимание?

Есть зазор, гигантское пространство между тем, что ты прочтешь у других, даже в самых умных и самых прекрасных книгах, и тем, что впоследствии станет тобой.

К слову скажу: книги, которые я читаю для работы, порой, казалось бы, феноменально удалены от темы. Ну например, в какой-то период у меня возникла естественная для каждого потребность понять, в какой мере разные религии совпадают в своих основных положениях. Никогда не забуду, как в книге Карлоса Кастанеды я прочла наставление дон Хуана, его объяснение того, кто такой воин. Воин не тот, кто против всех, это тот, кто «за». А самое неприятное и неприемлемое — это потакать себе. Ситуация слабости: «я устал», «я не могу», «это не для меня» — для воина абсолютно невозможна.

Вот она-то и была невозможна для Мусоргского, для Шостаковича, она невозможна в каждой религии для верующего человека, потому что он живет по правилам Бытия — по тем же правилам, по которым существуют звезды. И так совпало, что невероятно важнейшими на сегодняшний день для меня стали Мусоргский и Шостакович, у которого, кстати, на письменном рабочем столе под стеклом лежит портрет Мусоргского. Сегодня для меня одни из важнейших композиторов Морис Равель, Сергей Рахманинов, это истинные рыцари и в творчестве, и в жизни.

А было ли какое-то событие, которое сыграло роль учителя?

Наверное, война, с которой совпало мое детство. Тогда я в первый раз влюбилась. Центральная музыкальная школа была в эвакуации в Пензе, мы жили в здании художественного училища и музея, и я влюбилась в студента-художника. Он был похож сразу и на Маяковского, и на Руставели. Его (он защищал родной город Витебск) убили на войне. Он был сказочно красив и очень талантлив... Володя Гребневич.

Я тогда пошла ночами дежурить в эвакогоспиталь. Я, наверное, была сильная, оттого что была влюблена, оттого что сумела в один год кончить девятый и десятый класс, оттого что жила и училась в Сибири. Это трудно рассказать... Понимаете, вам дают на ужин клейстер в маленькой пиале, а вы не знаете, что это — голод; пальцы примерзают к клавиатуре рояля, а вы не знаете, что это — страшно. Когда тебе шестнадцать лет, идет война, ты точно знаешь, что вся твоя родина — фронт. Эта война была справедливая, в этом все дело. Поэтому она нас учила. Парень должен хотеть идти в солдаты и защищать слабых. Мужчина другим не может быть, у него это в крови должно быть...

Морис Равель
Морис Равель

Я знаю молодых людей, которым сейчас совестно не идти в армию. С другой стороны, когда тебя посылают на несправедливую войну, как быть? На чаше весов и там, и там — совесть.

Я отвечу вам, может быть, не прямо на вопрос... Сергей Сергеевич Прокофьев — уникальная личность: композитор, пианист, дирижер, редкостной мощи творческий гений. Абсолютно востребованный за рубежом, счастливый, концертирующий, пишущий. Дягилев предлагал ему парижские антрепризы, а он приехал в Россию тогда, когда, как мы об этом сегодня часто рассказывая, опасливо говорим: «Расстреливали». И боимся. Я очень хорошо помню то время. Именно в ту пору Прокофьев вернулся в Россию и написал балет «Ромео и Джульетта» в защиту жизни. Его не арестовали, потому что он не умел бояться: он был воином, художником-воином. «Композитор, как и поэт, ваятель, живописец, призван служить человеку и народу. Он должен украшать человеческую жизнь и защищать ее», — так он говорил.

Когда Сергей Сергеевич был маленький, отец его — он был управляющим имением у помещика, в Солнцевке, где они жили, — каждую весну давал ему ящик с рассадой и говорил: «Ты посадишь это. Ты этого хочешь. Но если хоть один росток погибнет, я тебе больше не доверю». И вырос человек, который написал «Александра Невского», «Войну и мир», «Ромео и Джульетту», «Каменный цветок». Сравните с сегодняшним днем — нельзя терять время, ведь есть же по-прежнему Хранители...

А откуда приходит любовь к музыке? С чего она начинается?

Очень важна первая музыка, которую слышит человек в своей жизни. Читаю про это у Пушкина: «Ты, детскую качая колыбель, мой юный слух напевами пленила...» — это он бабушке. «Спой мне песню, как синица...» — это няне. У Лермонтова: «...то была песня, от которой я плакал... Ее певала мне покойная мать». Ему три с половиной года было, когда мама его умерла. Значит, очень рано. Первая песня... Для меня это была песня Сольвейг. На всю жизнь.

Сергей Васильевич Рахманинов
Сергей Васильевич Рахманинов

Недавно я начала готовить новую программу и подумала, что мне будут нужны колыбельные. И вдруг вспомнила, что у Чайковского есть такая колыбельная, слова Аполлона Майкова: «Спи, дитя мое, усни! Сладкий сон к себе мани: в няньки я тебе взяла Ветер, Солнце и Орла». Мне ее мама в детстве пела. И я посмотрела на эту колыбельную с высоты своих сегодняшних лет и вдруг поняла: «в няньки я тебе взяла Ветер, Солнце и Орла» — это о том, как перед человеком, который только-только родился на земле, вдруг раскрывается Вселенная! Я хорошо помню, что маленькой думала (думать я уже могла): «А как это — Ветер, Солнце и Орел? Это так высоко, далеко» — и передо мной вставал купол. Не тот страшный, который на тебя надевает темнота, не колпак, а купол неба. Голубой купол — это твоя защита и твоя бескрайность, и твое приобщение к жизни в то же время. Когда мама поет: «Ветер, Солнце и Орла», ребенок готовится к жизни. Это к вопросу о важности первой музыки.

В ваш музыкальный цикл вошли также сказки?

Сказки вошли в мою жизнь очень давно и очень серьезно. В первую очередь, сказки Андерсена, «Русалочка»... Я однажды прочла, что пятнадцатилетний Дмитрий Шостакович мечтал написать оперу «Русалочка». Это так неожиданно, правда? Ну как же — Русалочка влюбилась, вышла на землю к своему принцу, ведьма разрезала ей хвостик, и она, не показывая боли, страдая, шла. И потом оказалась отвергнутой и обманутой. Это очень страшно, очень больно. И ты узнаешь боль, узнаешь боль и в жизни. Я давно обратила внимание на сказки, еще до того, как на них появилась мода. В сказках герои идут на всяческие испытания, не боятся. А мы не можем. Вот ведь загадка! Не хочется нам испытаний...

Я снимала в зале Чайковского программу об оперном искусстве. Спрашиваю зал: «Какой музыкальный жанр самый любимый?» Отвечают по-разному. А маленькая девочка в партере говорит: «Оперы». Я говорю ей: «Ведь опера — это очень трудно, почему опера?» А в ответ эта малюсенькая, лет девяти девочка дает руководство на всю жизнь: «А когда трудно — интересно». Не надо бояться!

Возвращаясь к маминому вопросу из детства «Почему ты все ломаешь?» — видимо, потому, что, когда трудно, интереснее. Все дело в том, что одному бывает интересно, когда ему все легко дается. А другому — так он устроен, как Мусоргский, Пушкин, Маяковский — когда ему поперек. Потому что, когда поперек, когда сопротивление острее, четче, ты больше понимаешь, прозорливее становишься. А потом такие люди рано уходят, как, например, Моцарт — почти в возрасте Христа. Льстить, ходить на поклоны, завязывать нужные знакомства — его отец так учил. А Моцарт — поперек, он защищал Гармонию, константу бытия.

Сергей Сергеевич Прокофьев
Сергей Сергеевич Прокофьев

Может ли музыка защитить?

Да, колыбельные защищают, сказки и мифы защищают, потому что в них нетленна та стержневая формула бытия, которую христиане называют заповедями. Но заповеди есть у каждого народа.

А как все это воспринимают современные дети? Нужны ли им сегодня колыбельные, сказки?

Сегодня дети — одна из неразрешимых проблем... Они не защищены. Дети выходят во взрослую жизнь материалистами, зная только, как и какие бытовые блага надо добывать, чтобы жить лучше. Их учат через конкретное мышление, забывая, что вся защита в воображении — здесь твой меч, твои латы, гарантия того, что ты проживешь свою жизнь. А детей лишают этого.

Я даже в работе музыкантов вижу, как много у нас концертов, которые проходят по случаю юбилеев или годовщины смерти, в то время как жизнь ставит перед нами огромное количество проблем и все великие произведения написаны в связи с этими проблемами. Так группируй произведения вокруг проблемы и собирай людей, чтобы они приходили на концерт найти ответы на свои вопросы. Но так делают немногие, потому что сознание отравлено: для большинства музыка вошла сегодня в серию бизнес-систем. Какие же приоритеты обозначат сегодняшние дети, когда они станут взрослыми?

Раньше, чтобы достать хорошую книгу, например, приходилось стоять в очередях, сдавать макулатуру, теперь у нас огромные возможности, все доступно. Но хорошо ли это?

Вы смотрели кинофильм «Июльский дождь»? Там есть видеоэпиграф: типографские машины опускают на пол кипы свежеотпечатанных плакатов с изображением «Сикстинской мадонны» Рафаэля. Потом на улице эти плакаты треплет дождь. В прежние времена деревенский учитель всю жизнь копил деньги, чтобы поехать в Италию и увидеть святыню — «Сикстинскую мадонну». Это была его награда за честный труд. Будет ли такой же цена Мадонны для того, кто может хоть сейчас прилететь на самолете, чтобы посмотреть ее?

Когда в музее на Волхонке открыли коллекцию немецких картин Дрезденской галереи, там была «Сикстинская мадонна» Рафаэля. Но я увидела Мадонну другого художника — Сурбарана: маленькая нищая девочка сидит и втыкает в песочек головки цветов. Это детство пречистой Девы Марии. Сурбаран мне больше говорит, чем Рафаэль. С кем ты совпадаешь, от того, видимо, и строишь свой путь.

Наш гость - Светлана Виноградова
Светлана Викторовна Виноградова
Светлана Викторовна, у вас богатейший жизненный опыт, поэтому хотелось бы спросить вас о будущем? Что туда брать как самое ценное, важное?

Надо быть собой до конца. Каждый выходит в жизнь с заданием. И чем раньше ты поймешь, для чего ты предназначен, какое у тебя задание, тем лучше. Порой задумаешься: «Ну ведь другие деньги зарабатывают, почему же я не умею?» Спрашиваю у главного бухгалтера на телевидении: «Почему же вы другим платите больше?» А он: «Если бы мы вам не платили вообще, вы бы все равно работали». И это правда. Но он был циничен. Страшновато, что этим пользуется. Потому что у тебя в жизни есть свое задание, потому что... помните, как у Пушкина: «Еще одно, последнее сказанье...» — Пимен, старик-монах, в келье в монастыре всю жизнь пишет летопись, и он абсолютно счастливый человек. Счастье — это когда ты не изменяешь себе. Брать с собой стоит то, с чем ты не изменишь себе.

Кто ваши друзья?

Помню, мама привела меня в гости в дом с хорошей библиотекой. Взрослые сидят за столом, ко мне подходит мальчик, а я думаю: «О чем с ним разговаривать?» — и беру книгу, защищаюсь книгой. С книгой ты уже не один. Так это по жизни у меня и осталось.

Конечно, как у всех нормальных людей у меня есть семья, есть дети, есть друзья... Слушатели — это друзья. И работаю я для Слушателей. Для тех доверчивых людей, которые к тебе пришли, и ты не имеешь права их обмануть. Стараешься изо всех сил. Ты можешь лениться, болеть, чего-то не уметь или быть глупым, можешь стыдиться этого, где-то ты проваливаешься, но все равно: если тебе доверились — оправдай доверие. Ты же знаешь, что музыка — для того, чтобы ты был сильнее. Заканчивается сезон — расстаться невозможно. Это о Слушателях, о моих друзьях.

Однажды вы сказали, что человеку даны глаза, чтобы смотреть в небо. Когда вы смотрите в небо?

Каждый день. Я не могу без этого! Это не преувеличение и не поза. Я счастлива, когда могу выйти из дома. Я так счастлива, когда вижу, как распускаются листья, как они тянутся наверх! И небо...

Сейчас все окна занавешивают: дома стоят близко. А ведь так прекрасно, когда солнце и звезды живут в твоем доме. Ты вписан в мироздание, окна дома раскрыты, как глаза на лице!

Как вам удается так говорить о музыке, и не только о музыке, что перед людьми возникают почти осязаемые картины?!

Во-первых, это моя профессия. У меня за плечами композиторский факультет, и я знаю, как это делается: как роется котлован, как кладется фундамент, как делается раствор. Во-вторых, это любовь к Слушателям. Я всегда жила Слушателями...

Встреча Музыкальной гостирой Культурного центра Новый Акрополь: наш гость - Светлана Виноградова
Встреча в Культурном центре «Новый Акрополь»

Однажды в Германии я сломала ногу. Отлежав в клинике, вернулась в Россию. Я тогда не соображала, что надо брать бюллетень, у меня кончились все деньги. (Если говорить о тяжелых испытаниях в жизни, это было одним из тяжелейших.) А спустя какое-то время был абонементный концерт в Большом зале консерватории. Костыли я оставила за дверью, открыла ее, шагнула... Зал был абсолютно полон. На середине — микрофон, и мне надо дойти...

Вот что дает способность видеть и слышать. Ты в ответе. Если у тебя есть счастье, такое абсолютное, намеренное, безграничное и тебе дана возможность понять технологию приближения к этому способу проживания жизни, — ты обязан это передать. Но только при условии, что ты помнишь, что один в поле не воин. И тогда все становится творчеством — рождаются темы и программы циклов; идут поиски материалов вместе с группой; драгоценные солисты, будучи в концертах, в беседах и репетициях, поражают своей одаренностью; волнуются — и ты вместе с ними — оркестр и дирижер; открываются тебе в залах Третьяковской галереи картины... Господи, как быть полезной, как все это охранить, сохранить! И потом, наконец, когда идет концерт, ты слушаешь неистовую тишину и истовое внимание зала, музыку на сцене и думаешь: «Не может быть...»

Что бы вы пожелали нашим читателям?

Маленькой девочкой, еще перед войной, я мечтала, что, когда вырасту, сделаю так, чтобы другие люди полюбили музыку. Но одно время я хотела стать актрисой. Меня взяли в Щукинское училище, а мой консерваторский профессор по классу сочинения, композитор В. Я. Шаболин, сказал: «Лучше занимайся своим делом». И теперь оказалось, что обе мои мечты соединились — сцена и музыка. Это к вопросу о Пути. Я от всей души благодарю вас и желаю каждому как можно скорее ощутить, что ему следует делать, что главное для него, что создает гармонию в душе. И не бояться трудного. Если ты чувствуешь, что не потеряешь себя, ты преодолеешь это трудное. Пусть всегда в вашей душе звучит музыка!





Светлана Виноградова - кратко о госте




Обсудить статью в сообществе читателей журнала «Человек без границ»

Подписаться на журнал «Человек без границ»








Журнал "Человек без границ". При цитировании материалов ссылка обязательна. Mailto: admin@manwb.ru





Очистка промышленных сточных вод, водоснабжение частного дома дешево.

На главнуюЖурналПодпискаО чем он?ИнформацияНаграды журналаНовый АкропольНаши книгиИздательство