Искусство быть человеком

Дмитрий Зубов

Искусство быть человеком

Сегодня любой разговор об искусстве больше напоминает интеллектуальную викторину под девизом: «Угадай, что я хотел изобразить и, главное, зачем?» Если бы художник Василий Верещагин творил в наши дни, то написал бы не «Апофеоз войны», а «Апофеоз современного искусства» и вместо горы черепов изобразил бы пирамиду из плюшевых унитазов, кукол со вспоротыми животами, больших маринованных рыб и прочих, с позволения сказать, «творений».

   Вот где идет настоящая война... хотел написать «за души людей», но нет: душа ныне не в моде, в моде — деньги. Поэтому вместо «прекрасно» и «истинно» в качестве оценки все чаще звучит: «стильно», «прикольно», «хорошо продается».
   А еще сегодня модно самовыражаться, благо современные технологии позволяют это делать, даже толком ничего не умея. И получается как в старом анекдоте: «Скажите, а почему у вас на картине небо красное, трава синяя, а лица квадратные?» — «Я так вижу мир!» — «Но раз вы так видите, зачем же в художники пошли?!»
   Как тут не вспомнить слова Акиры Куросавы: «Ничто так не говорит о творце, как его творения»! Японскому режиссеру за свои фильмы краснеть не приходилось. Как, впрочем, и Николаю Рериху за цикл картин «Святые», который он адресовал погрязшей в материализме Америке 20-х годов (или, быть может, России 2000-х?).

   Рахманинов в музыке, Леонов на сцене, Левитан в пейзажах — каждый из героев этого номера по-своему жил искусством. Даже не «жил», а правильнее сказать — служил, молился, любил, не давая покоя ни себе, ни другим, взывая к совести...

   Ввязываться в дискуссию о критериях настоящего искусства мне совсем не хочется. Тем более что само понятие «искусство» пришло к нам из античности. Древние греки и римляне ввели его, чтобы не путать свойства, присущие цивилизованному Человеку, с диким, варварским, стихийно-природным. Этим все сказано. А выбор, что в себе взращивать: человеческое или варварское — все равно остается за нами. Хотя, если верить Станиславу Ежи Лецу, «у человека нет выбора: он должен быть человеком!»