Журнал "Человек без границ"

Каталог статей


Поиск по сайту

Поделиться статьей:



Найди своего героя

Студия целостного человека

НОВЫЙ АКРОПОЛЬ




Рассылки
Subscribe.Ru
Самое интересное в культуре и науке








Rambler‘s Top100

Яндекс.Метрика

Статьи

послать ссылку другу  Послать ссылку другу
small text
large text


ИскусствоЖивопись

Живые картины Клода Моне

Елена Тяпкина

Клод Моне в своем саду
Авторы изобразительной истории лучших парков своего времени — импрессионисты. Когда художник-импрессионист пишет картину в саду, смешивая краски на солнце, он сравнивает их с цветами в природе и пытается найти способ запечатлеть игру света, поймать неуловимое, длящееся краткий миг состояние природы. И неудивительно, что импрессионист Клод Моне (1840–1926) оставил миру чудеснейший сад в Живерни. Этот сад расскажет об импрессионизме намного больше, чем все книги по истории искусства.
«Увидев Клода Моне в его саду, начинаешь понимать, как такой великий садовник мог стать таким великим художником», — напишет поэт-символист Гюстав Кан после своей поездки в Живерни, живописную деревушку недалеко от Парижа.
- Моне «великий садовник»? Поэт ошибся: Моне великий импрессионист, всю жизнь рисовавший картины!
Но нет, Кан был прав: всю жизнь — 43 года! — Моне создавал сад.

Он всегда любил цветы и всегда их рисовал. И в 1883 году, поселившись в Живерни, стал садовником. Поглощенный любовью к растениям, он создает сначала нормандский, а затем удивительный водный сад. Сад рождается не сразу — Моне беспрерывно пробует, ищет, экспериментирует. Во время путешествий находит нужные ему растения: из Руана присылает полевую горчицу и две «маленькие забавные настурции», а из Норвегии обещает детям привезти «несколько особенных растений» северной страны.

Лучше всего Моне раскрывает себя своим садом, который он высадил вокруг загородного дома. Он создал его по тем же принципам, что и свои живописные полотна... Каждый отдельный цветок вливается в общую гармонию красок.
Юлиус Майер-Графф

Он собирает книги по садоводству и больше остальных ценит перевод знаменитой «Иллюстрированной истории садоводства» Джорджа Николса; выписывает почти все журналы о цветах и садах; коллекционирует каталоги семян, особенно интересуясь новинками.
В поездках художник постоянно возвращается в мыслях к Живерни. Он спрашивает жену Алис, как сад, беспокоится о растениях, советует, как лучше ухаживать за питомцами оранжереи. «Остались ли еще цветы в саду? Мне бы хотелось, чтобы к моему возвращению там сохранились хризантемы. Если будут заморозки, нарежьте из них красивые букеты» (из письма 1885 года).

День за днем, год за годом Моне терпеливо создавал свой сад. Взгляд художника и руки садовода помогли ему превратить обычную усадьбу с фруктовыми деревьями в живую картину, в которой красота и изменчивость природы переданы с помощью цветовых сочетаний и форм. В саду Моне не было ничего лишнего, случайного, не было слепого коллекционирования — только гармония.

Сад стал продолжением его мастерской. Неустанно ища совершенства, Моне сначала создал цветочную картину в саду, а затем перенес ее на холст. В последние годы жизни ему больше не нужно было уезжать из Живерни — он рисовал сад. Передвигаясь на небольшой лодочке по «аллеям» водного сада, художник бесконечно писал, писал, писал... горбатый мостик, водную гладь с отражающимися в ней деревьями, глицинией и кувшинками.

Это не сад цветов, это прежде всего сад цвета, разбитый по строгому плану рукой художника. По желанию мастера удалено все, что не принадлежит определенному оттенку: здесь растут цветы только розовых и голубых тонов.
В этом саду художник создал также царство вод, где на поверхности прудов плавают нежные кувшинки, которые неоднократно изображал Моне на своих полотнах. Сама природа становится картиной, «освещаемой» внимательным глазом художника. Это чудесный гармоничный сад — самый первый эскиз или готовая к работе палитра.

Марсель Пруст

Так появилась лирическая серия полотен под общим названием «Кувшинки». «Прошло много времени, — писал Моне, — прежде чем я смог понять мои кувшинкиѕ Я сажал их ради удовольствия, даже не помышляя, что буду их писать. И вдруг неожиданно ко мне пришло откровение моего сказочного, чудесного пруда. Я взял палитру, и с того самого времени у меня уже почти не было никогда другой моделиѕ Восприятие живой природы приходит к нам не сразу».

Сад Моне
Дивный сад Моне

А ведь ничего этого могло и не быть: власти долго не разрешали художнику устроить водный сад, опасаясь, что нимфеи — неизвестный тогда цветок — отравят воду в речке Эпт...

И многого мы, увы, не увидим: чрезвычайно требовательный к себе, Моне без сожаления сжег множество набросков и уже готовых картин. «Знайте, что я поглощен работой. Пейзажи воды и отражений стали наваждением. Это выше моих старческих сил, однако я хочу успеть запечатлеть то, что чувствую. Я их уничтожаю и начинаю снова», — писал он биографу Гюставу Жеффруа в 1908 году.

Самой значительной работой мастера стала серия огромных «Декоративных панно с кувшинками»: «Небо и линия горизонта проявляются только в отражении. В этих панно постоянно меняющийся мир; мир непостижимый, но он словно проникает в нас. И этот вечный обновляющийся мир словно растворился на поверхности пруда с кувшинками».

На склоне лет Моне признался Жоржу Клемансо: «Если много раз пишешь окружающий нас мир, то начинаешь лучше воспринимать реальность, или то малое, что мы в состоянии постичь. Я постигаю образы вселенной, чтобы засвидетельствовать увиденное своей кистью».

***

После смерти художника его сад был надолго забыт. Творение, которое Моне полжизни создавал с таким тщанием и такой любовью, постепенно дичало. К счастью, Французская академия изящных искусств приняла решение восстановить сад. Из маленьких осколков, разбросанных по миру: эскизов, фотографий, бланков заказов, которые делал Моне в питомниках, очерков журналистов, — вновь попытались создать цельную картину. Реставрация заняла три года, и в 1980 году на дорожках сада снова появились посетители. Снова, потому что Моне никогда не был затворником и искренне радовался любому гостю.



Сад занимал площадь около двух акров и разделялся дорогой на две части. Та, что возле дома, — верхний, или цветочный, сад, — была устроена на месте огорода. Это «усадьба в Нормандии», выдержанная в традиционном французском стиле. Центральная аллея украшена железными арками, по которым взбираются вьющиеся розы. Розы обвивают и балюстраду вокруг дома. Пространство сада разделено на клумбы, где цветочные заросли разной высоты создают объем. Строгие прямые линии аллей контрастируют с пестрым ковром благоухающих весь год цветов. У каждого времени года особая цветовая гамма. Весной — изобилие нарциссов и тюльпанов, затем расцветают рододендроны, сирень, глициния. Позже сад превращается в настоящее море ирисов, их художник особенно любил. Дорожка, окаймленная ирисами, изображена на знаменитой картине «Сад художника в Живерни». Ирисы сменяются пионами, лилейниками, лилиями, маками. В разгар лета цветут колокольчики, львиный зев, ипомеи, водосборы, шалфей и, конечно, розы всевозможных оттенков и форм. А в сентябре наступает время георгинов, мальв, астр и хризантем, дорожки оккупирует настурция. Это настоящее царство цветов и цвета!

В 1893 году, через 10 лет после своего приезда в Живерни, Моне купил участок земли рядом со своим имением по другую сторону железной дороги и превратил его в пруд «с водными растениями ради развлечения и отдыха для глаз, а также сюжет для рисования». При планировке водного сада Моне следовал советам японского садовника, гостившего какое-то время в Живерни. Здесь явно чувствуются японские мотивы, влияние традиционной восточной философии созерцания природы. В 1895 году Моне строит знаменитый японский мостик, словно перекочевавший в сад с гравюры Хокусая. Среди привычной растительности в саду выделялись китайские гинкго, японские фруктовые деревья, вдоль узких аллей тянулся плотный лес бамбуковых зарослей. Пруд был густо обрамлен папоротниками, азалиями, пышными кустами роз. Вода в некоторых местах подогревалась, и там цвели роскошные тропические кувшинки. «Там и сям на водной поверхности краснели, как земляника, цветки кувшинок с пунцовым сердечком, белым по краям... а поодаль некие подобия анютиных глазок теснились, как на плавучей клумбе, и, словно мотыльки, простирали лощеные голубоватые крылышки над прозрачной покатостью этого водного цветника; и небесного цветника тоже...» — писал Марсель Пруст.




Обсудить статью в сообществе читателей журнала "Человек без границ"

Подписаться на журнал "Человек без границ"








Журнал "Человек без границ". При цитировании материалов ссылка обязательна. Mailto: admin@manwb.ru






На главнуюЖурналПодпискаО чем он?ИнформацияНаграды журналаНовый АкропольНаши книгиИздательство